По отъезде из Ленкорани вышеупомянутых высокопоставленных лиц, Мир Мустафа-Хан, невзирая на свою обещанную священную клятву, не откладывая своего задуманного серьезного дела в долгий ящик, созвал экстренный ханский совет для обсуждения и разрешения вопросов о совершившемся сватовстве и о военном союзе с Фет-Али-Шахом, пригласив
всех своих придворных сановников с секретарем Эмир-Кулибеем во главе, почетных ахундов с муштаидом и других влиятельных богатых купцов, на котором он обратился к собравшимся лицам со следующею речью: « Дорогие
братья, хотя я принял предложение Фет-Али-Шаха, согласившись выдать свою дочь за его сына, наследника персидского престола– Аббас-Мирзу, заключив даже с ним военный союз для оказания друг другу взаимной
помощи во время войны с кем-либо, но теперь я совершенно раздумал и категорически отказываюсь от его родства и союза с ним, мотивируя тем, что он желает породниться со мною не из-за моей дочери, а замышляет увеличить свою территорию присоединением к ней моей земли путем хитро задуманного сватовства, намереваясь лишить меня моей самостоятельности и независимости; а потому я не верю ему, опасаюсь его злого умысла. Если я согласился на родство с Фет-Али-Шахом, то я совершил эту сделку с заранее обдуманной целью, как диверсию, дабы отвлечь его внимание и снять с себя всякое враждебное подозрение: успокоив его временно, я хочу заручится покровительством белого могущественного русского царя. Следовательно, для достижения моей заветной мечты необходимо отправить депутацию в Петербург к императору с ходатайством о принятии Талышинского ханства под свой милостивый протекторат для того, чтобы обезопасить себя от Персии». Услышав из уст своего повелителя слово о приглашении«русов» в Талыш, все присутствовавшие на собрании лица яростно протестовали против его мнения, не желая прихода императорских войск, во избежание агрессии; а ханский секретарь Эмир Кулибей выступил против него такими доводами, выражаясь резко: «Будучи жадными и алчными к захвату чужих земель у слабых государств и к порабощению других национальностей, имея в своём распоряжении бесчисленное множество храбрейших, доблестных и неустрашимых солдат, - русские самодержавные цари, обуреваемые и одушевляемые ревностным желанием расширить свою территорию за счёт других, поставили себе целью покорить и подчинить своей власти все мусульманские государства и ханства, держать их под своим гнётом и железной пятой, стараясь стереть их с лица земли, пользуясь их неподготовленностью к войне, распространяя свою религию среди нас,вытесняя нашу; а потому мы просим и умоляем тебя, Хан, опомниться и не погубить нашей родины и избавь нас от опасных врагов, которые, как победители, могут закабалить и задушить нас своими притеснениями разными поборами и налогами, надеть на всех талышинцев свое тягостное ярмо, отняв твою самостоятельность и независимость. Лучше теперь
отказаться от своего пагубного намерения, а после будет поздно: тогда никто не сумеет помочь тебе и нам; а потому нам придётся долго стонать под оковами царского самодержавия, лишившись своей золотой воли и свободы».
Игнорировав все приведённые доводы и оставив их без всякого внимания, Мир Мустафа-Хан лаконически и решительно заявил им: «Русы» приглашаются мною для охраны и защиты моей страны от насильственного вторжения персов на мою территорию; поэтому я и слушать Вас не хочу, ибо я охотно поверю великодушному«белому царю», нежели коварному деспотическому шаху».

 Объявив собрание закрытым, он добавил: «Вы были приглашены сюда для
того, чтобы узнали о моём намерении, а не для подачи совета, так как я никому не позволю вмешиваться в мои политические дела».
Удручённые, взволнованные самым неприятным впечатлением, полученным от речи Мир Мустафа-Хана, все слушатели разошлись по домам, передавая его анафеме за безрассудный поступок.Настояв на своем требовании, Мир Мустафа–Хан избрал депутацию из самых достойных, толковых, опытных и преданных ему советников вместе
со своим сыном– Мир Гасан-Ханом, во главе, состоявшую из десяти почётных уважаемых лиц. Все привезённые Мирза Бизюрк-Ханом ценные вещи были присвоены Мир Мустафа-Ханом, и, как утверждали внуки его, переданы своему сыну– Мир Гасан-Хану для поднесения их государыне– императрице– Елизавете Александровне, супруге Александра Первого.
Получив наказ и вышесказанные дорогие подарки для царицы, депутация выехала1-го июня1803 года верхом на лошадях из Ленкорани в сопровождении своих вооружённых всадников и нукеров с ханским ходатайством перед государём императором о принятии Талышинского Ханства под свое покровительство, дабы обезопасить его территорию от вторжения Персии и обеспечить его свободное существование и независимость. Она ехала через Джеватское ханство по старой Гаджикабулской дороге в Тифлис, где она представилась генерал-лейтенанту
князю Цицианову, как главнокомандующему, который, узнав о цели поездки её в Петербург, вручил ей официальный приказ на имя всей администрации об оказании ей содействия в беспрепятственном проезде и о гарантировании
ее от могущей быть на пути опасности. После изнурительного месячного томительного пути, депутация, перенося всевозможные лишения и невзгоды на дороге, подвергаясь разным опасностям, благополучно прибыла в
Петербург, где она через неделю была принята благосклонно императором Александром1, который, благодаря доброму влиянию своего воспитателя, швейцарца Логарна, ученого педагога– филантропа, являвшегося
защитником слабых, свободных самостоятельных стран и врагом всякого насилия и произвола, уважил просьбу талышинцев и согласился дать высочайшую грамоту на имя Мир Мустафа-Хана Талышинского о сохранении его независимости, самостоятельности, всех ханских прав и владений; взяв Талышинское ханство под свое покровительство, производя самого Мир Мустафа-Хана в генерал-лейтенанты, а сына его- Мир Гасан-Хана в полковники за добровольный переход под протекторат России. Взяв у министра иностранных дел на прощальной аудиенции высочайшую грамоту, Талышинская депутация выехала обратно на родину и прибыла в середине августа в Ленкорань, где она вручила ее лично Мир Мустафа-Хану. Получив царский приказ о принятии Талышинского ханства
под протекторат могущественного Российского императора, наградившего его генеральским чином, он от радости устроил большой торжественный банкет, пригласив всех богатых именитых купцов, придворных чиновников и
муштаида со своими главными почетными ахундами. Находясь в восторге от прекрасного результата, достигнутого депутациею, он, не скрывая своего счастья, обратился к приглашенным и с пафосом произнес: «Братья, благодаря моей политике, мы теперь гарантированы навсегда от нападения Фет-Али-Шаха, который не осмелится«всунуть свой длинный нос» в мою территорию, боясь могущественного белого царя, а потому мы надолго можем наслаждаться благополучием нашей тихой и спокойной жизни, не нарушая тишины и порядка.» Услышав эту речь, все встали со своего места, подходили к нему поодиночке и поздравляли его с этим«отрадным событием в жизни талышинцев», желая ему здоровья на многие лета; но только ханский секретарь– Эмир Кулибей был угрюм, мрачен, и не только не поздравил его, но он наоборот пессимистически высказался против этой гнусной проделки, предвидя дурные последствия, сказав: «Наша спокойная жизнь недолго продолжится, ибо шах отомстит нам за нашу опрометчивость, оплошность и необдуманность до прихода императорских войск, которые в случае войны с Персией выручат тебя из беды без сомнения, одержав блестящую победу над нею, спасая твою самостоятельность и твои владения; но зато после твоей смерти, твои потомки и крестьяне долго будут стонать и страдать, находясь под гнетом самодержавного царя. Словом, ты своим действием погубил навсегда свою родину, превратив ее в будущую рабскую колонию русского
императора, могущего держать мусульман в ежовых руковицах и распространять вдобавок свою религию, вытесняя нашу».

продолжение следует